ХАРМС (настоящая фамилия - Ювачёв), Даниил Иванович [17(30).1905 - 2.II.1942] - детский поэт. Работал в детском журнале "Ёж" ("Ежемесячный журнал"), куда он попал по рекомендации С. Я. Маршака. Х. хорошо пел, играл на валторне и фисгармонии, прекрасно танцевал чечётку, рисовал, показывал фокусы с шариком. Придумывал смешные шутки-репризы для цирковых клоунов. На редкость артистичный, он умел изобразить... муху, размышляющую, куда бы ей полететь. В октябре 1925 Х. был принят в Ленинградское отделение Всероссийского союза поэтов. Х. мечтал создать "Академию левых классиков". Целью её стала бы "борьба с халтурой". В начале 1928 появился манифест ОБЭРИУ - Объединения Реального Искусства, в которое кроме Х. входили молодые поэты Николай Заболоцкий, Александр Введенский, Константин Вагинов и некоторые другие. Своими учителями Х. считал русского поэта Велимира Хлебникова, своего друга Александра Введенского и Самуила Маршака. О том, что в обновлении нуждаются не только государства, но и слова, первым заговорил ещё В. Хлебников. Он придумал заумный "звёздный язык", а Х. - "трамвайный". Поэты болезненно ощущают, как слова стираются и тускнеют от бездумного употребления. Лишь творчество настоящего художника даёт им новую жизнь. Всеобщему упоению от масштабов коллективизации, энтузиазму строителей новой жизни, воплощающих планы первых пятилеток, поэт противопоставлял совсем иную жизненную позицию. "Геройство, пафос, удаль, мораль, гигиеничность, нравственность, умиление и азарт - ненавистные для меня слова и чувства. Но я вполне понимаю и уважаю: восторг и восхищение, вдохновение и отчаяние, страсть и сдержанность, распутство и целомудрие, печаль и горе, радость и смех",- писал он 31.Х.1937. И в этих словах не было ни вызова, ни позы. Писатель был абсолютно искренен. На выступление перед студентами в университетское общежитие на Мытной обэриуты пришли с лозунгами: "Ваша мама не наша мама", "Мы не пироги". Как тут не вспомнить складывавшуюся в 30-е годы формулу "Сталин - отец народов", полную победу над единоличниками всех мастей, одиночками-попутчиками тщательно организуемого, управляемого и контролируемого большинства, постоянно подчеркивающего свое воинственное "мы". В лозунгах обэриутов звучал стихийный протест - нежелание быть всего лишь послушным топливом в огромной топке отчаянно громыхающего паровоза, летящего вперед к туманной цели всеобщего процветания. Озорной, независимый колобок норовил укатиться из-под хищного волчьего носа. В конце декабря 1931 Х. с его женой, поэта А. Введенского и некоторых их друзей арестовали, судили и 13 июля 1932 выслали в Курск. В Курске Х. ещё долго болел сухим плевритом, приобретенным в тюрьме. Однако и здесь, голодая и бедствуя, не надеясь на публикацию своих стихов и прозы, Хармс продолжал писать так, как считал нужным. В конце 1932 Х. разрешили выезд из Курска. После Курской ссылки Х. ещё дважды арестовывался, умер в тюрьме.

   Л. Звонарёва

На главную страницу